Назад

Metal Gear Solid, работающая нативно на ESP32-S3

Портативная консоль XIAO ESP32S3 с запущенной Metal Gear Solid на док-станции, с радаром в правом верхнем углу

Я люблю Metal Gear Solid с детства. Когда мне попалась крошечная плата ESP32-S3, у меня засела одна мысль: сможет ли игра для PlayStation работать на чём-то настолько маленьком?

Seeed Studio XIAO ESP32S3 Sense: 21 × 17,8 × 15 мм с прикреплённой платой камеры (фото: Seeed Studio)

Эта плата — Seeed Studio XIAO ESP32S3 Sense: двухъядерный ESP32-S3 с 8 МБ PSRAM и 8 МБ флеш-памяти, на модуле размером 21 × 17,8 мм. Версия Sense добавляет плату расширения с камерой и слотом microSD, и именно в этом слоте microSD хранятся данные игры.

Я потратил немало времени на выяснение. Сначала я искал версию игры, которая уже была пересобрана в виде C-кода, работающего на ПК, а затем проверил, поместится ли вся эта логика во флеш-память ESP32-S3 и на карту microSD. Потребовалось несколько попыток, но в конце концов всё заработало. Замечательная игра теперь работает на плате микроконтроллера стоимостью около 15 долларов.

Геймплей на портативной консоли: смотрите на YouTube.

В этой статье я описываю, как Metal Gear Solid (PlayStation, 1998) работает на ESP32-S3 в виде нативного порта. C-исходники игры, восстановленные декомпиляцией mgs_reversing от FoxdieTeam, компилируются напрямую в машинный код Xtensa. Всё, что раньше обеспечивало аппаратное обеспечение PlayStation, заменено программным:

Статья охватывает аппаратное обеспечение, платформенный слой, размещение памяти, метод отладки, самые значимые баги, производительность, портативную консоль и то, что пока не работает.

Код и связанные проекты:

Вам нужен собственный диск. Репозиторий не содержит ничего, производного от игры, а port/extract_disc.py извлекает файлы из вашего собственного образа диска.

Аппаратное обеспечение

Игра в Metal Gear Solid на портативной консоли на док-станции

ESP32-S3 имеет два ядра Xtensa на 240 МГц и 512 КБ внутренней SRAM. Обе используемые здесь платы также имеют 8 МБ PSRAM, которая находится за тем же кэшем, что и флеш-память.

Waveshare ESP32-S3-Touch-LCD-2Самодельная портативная консоль (Seeed XIAO ESP32S3 Sense)
ПанельST7789, 320x240ILI9341, 320x240 нативно
Флеш-память16 МБ8 МБ
Данные игрыmicroSD или урезанный STAGE.DIR во флеш-памятиmicroSD (полный STAGE.DIR)
Вводклавиатура через последовательный порт (play.py)стик от дронового подвеса, резисторная лестница на 6 кнопок, 2 прямые кнопки

Измерение разрыва перед написанием кода

Прежде чем писать какой-либо код порта, я измерил, насколько декомпиляция далека от сборки под Xtensa:

Я оставил единственный не собирающийся файл, libdg/chanl.c, падающим намеренно. Приведение типа, которое заглушило бы ошибку, также незаметно изменило бы шаг (см. раздел про таблицы упорядочивания ниже).

Остальное потребовало механических проходов, каждый из которых исправлял целый класс проблем:

Результат — 497 из 497 C-файлов скомпилированы под Xtensa. В ELF было 0 неопределённых ссылок и 0 дублирующихся определений (text 987 073 Б, bss 2 434 276 Б). Собственная память игры составляет 804 КиБ (428 КиБ кучи плюс два буфера пакетов по 188 КиБ), что с запасом помещается в PSRAM.

Архитектура

Порт состоит из трёх слоёв между игрой и SoC:

Три слоя порта и два ядра — все задачи mts и тик vblank на ядре 0, вывод на LCD на ядре 1, а LCD и microSD делят SPI2

Слои, от игры до аппаратного обеспечения:

  1. Движок MGS: декомпилированный C, скомпилированный под Xtensa
  2. psyz: PlayStation SDK и GTE на C, программный растеризатор
  3. Платформенный слой: планировщик mts на FreeRTOS, тик vblank, виртуальный CD, LCD, ввод
  4. ESP32-S3

psyz и GTE

psyz, реимплементация PlayStation SDK от Xeeynamo, уже моделировала весь регистровый файл GTE и каждую операцию GTE на C, проверенную против тестового набора GTE из PCSX-Redux.

Моя первая оценка была, что не хватает от 64 до 70 макросов. Эта оценка была завышена. MGS поставляется с собственными заголовками inline-asm для MIPS (inline_n.h, inline_x.h), а -fsyntax-only не проверяет имена регистров. Как только эти заголовки были перенаправлены на psyz, реальный разрыв составил 41 макрос. Я добавил их в psyz, используя собственный ассемблер игры как спецификацию того, какие регистры COP2 затрагивает каждый из них. Затем я пересобрал свои другие проекты на основе psyz против модифицированного psyz, чтобы убедиться, что ничего не сломалось.

Когда вы создаёте псевдоним для макроса GTE, проверьте, является ли каждое ограничение входным или выходным. Например, gte_read_opz имеет выход "=r", поэтому его псевдоним должен принимать &x.

Тег таблицы упорядочивания: одно слово на PSX, два в psyz

Это самое важное различие в раскладке, и оно вызвало больше всего багов. На PlayStation каждый примитив начинается с одного 32-битного тега: 24 бита адреса следующего примитива и 8 бит длины. Хостовый указатель не помещается в 24 бита, поэтому psyz использует два слова, tag и len. Каждый примитив вырастает на 4 байта, и каждое поле после тега сдвигается на одно слово.

MGS также злоупотребляет байтом длины. libdg выполняет двухпроходную поразрядную сортировку по 16-битной глубине:

  1. divide.c раскладывает по корзинам по младшему байту и сохраняет старший байт в длине тега.
  2. sort.c перераскладывает по этому старшему байту и записывает реальную длину.

Поскольку psyz разделяет эти два поля, перевод точен:

pack->tag = (hi << 24) | *ot;  *ot = pack;     /* PSX */
addPrim(ot, pack); setlen(pack, hi);           /* psyz */

Перепечатать 42 локальных объявления и 100 параметров в OT_TYPE* было лёгкой частью. Сложной частью был код, который предполагал упакованную раскладку, не говоря об этом:

Есть также отягчающий фактор. На консоли addPrim() перезаписывал всё слово тега при каждой вставке, поэтому забытая длина никогда не могла быть замечена. В psyz длина, которая никогда не была установлена, просто никогда не записывается.

Планировщик Konami внутри FreeRTOS

MGS работает на собственном кооперативном планировщике Konami. Загрузочный баннер по-прежнему гласит Multi Task Scheduler for PSX ver2.02 Jul 11 1998. Он опирается на API потоков BIOS (OpenTh/ChangeTh) и использует прерывание vblank для пробуждения задач, чьи таймеры истекли.

В порте каждый поток mts — это задача FreeRTOS, и только одна из них может быть запущена в любой момент времени. Финальный дизайн:

mts_GetTcbEntry также читал таблицу таблиц BIOS по фиксированному адресу 0x100 и писал через результат. Вне PSX по этому адресу находится мусор, поэтому теперь используется приватная таблица TCB.

Тик vblank и двое часов

port/esp32_vblank.c вызывает колбэк VSync игры каждые 16 мс. Для этого потребовалось реализовать VSyncCallback() в psyz, где он даже не сохранял указатель.

VSync(-1) должен возвращать свободно идущий счётчик vblank. Первая версия возвращала количество представленных кадров, которое перестаёт расти, когда ничего не рисуется, поэтому ни один таймер никогда не истекал.

Частота кадров варьируется: 2 vblank на кадр в коридоре, 4–5 в открытой комнате. Из-за этого две вещи, которые выглядели как дело vblank, на самом деле принадлежат кадру игры:

Размещение памяти

Где что живёт — стеки задач и горячие циклы во внутренней SRAM, карта RAM игры и 1 МБ VRAM в PSRAM, прошивка во флеше, а STAGE.DIR на microSD

Внутренняя SRAM скудна и быстра. PSRAM обильна и медленна. Чтения из флеша отключают кэш, от которого также зависит PSRAM.

Один класс багов существует только на этой карте памяти: проверки указателей на основе знакового бита. MGS отличает указатель на блок скрипта от 16-битного id процесса с помощью proc_id < 0. PSX RAM находится по адресу 0x8xxxxxxx, что как знаковое значение отрицательно. PSRAM находится по адресу 0x3Cxxxxxx, что положительно. Результатом было PROC 3C1987D2 NOT FOUND, за которым следовал LoadProhibited по адресу EXCVADDR 0x00000003. Макрос GCL_IS_BLOCK_PTR исправляет место, которое было затронуто. Другие места с тем же паттерном всё ещё нуждаются в аудите.

Виртуальный CD поверх FAT

Виртуальный CD — libfs запрашивает абсолютный сектор, virtual_cd.c превращает его в файл и смещение на microSD и возвращает по одному сектору за раз

libfs работает с абсолютными секторами. Он читает каталог ISO9660 один раз и больше никогда не использует имя файла. port/virtual_cd.c заменяет CD BIOS:

Данные сначала жили в PSRAM, что ограничивало игру горсткой стадий. Настоящим решением стала microSD. Карта — это SPI-периферия, отдельная от XIP-флеша, поэтому её чтение не отключает кэш инструкций. Файлы остаются на карте и не стоят PSRAM.

Карта и LCD делят SPI2, и ESP-IDF не арбитрирует между ними. Один кадр LCD — это 30 поставленных в очередь асинхронных передач, поэтому чтение карты посреди кадра вызывало assert failed: spi_hal_iram.c:134 и цикл перезагрузки. Исправление — явное владение шиной (Mgs_SpiBusTake/Give), слив передач в полёте перед освобождением шины.

Метод — измеряй, а не угадывай

Примерно треть очевидных объяснений в этом проекте оказалась неверной. Работало то, что заставляло плату напечатать число, которое решает спор между гипотезами. Самые полезные уроки дали пробы, которые давали неверные ответы:

Запуск каждой сборки без прошивки платы

Этот метод работает, только когда попытка обходится дёшево, а после нескольких часов проб и ошибок прошивать плату после каждого изменения было совсем не дёшево: записать образ в XIAO по USB, дождаться перезагрузки, прочитать последовательный лог, и снова. Поэтому для запуска и проверки каждой сборки я использовал velxio-cli, клиент командной строки Velxio. Он берёт тот же .bin, что собрал мой тулчейн, запускает его на симулированном ESP32-S3 в Velxio на фиксированное симулированное время и возвращает вывод последовательного порта, так что пробы, описанные выше, можно было читать, не трогая железо. Новый образ в плату попадал только тогда, когда сборка того стоила.

# velxio.toml, next to the build: board = "xiao-esp32-s3", firmware = the merged .bin
velxio-cli run --timeout 5000 --timeout-exit-code 0 --serial-log-file serial.log .

Установка и первый запуск занимают несколько минут: см. быстрый старт velxio-cli.

Баги

Игра на портативной консоли, с радаром в правом верхнем углу

Строгий алиасинг удалил поворот

Белый экран: пять неверных гипотез, три реальные причины

Правило размера GPU: полигон, прибитый к пределу насыщения GTE -1024, простирается в экран 320x240; GPU PlayStation отказывается от всего, что больше 1023x511, а программный растеризатор его рисовал

Исправление отсечения из гипотезы 4 было реальным, хотя и не было причиной. Тест ограничивающего прямоугольника обрабатывал прямоугольник, пересекающий ближнюю плоскость, так же, как полностью находящийся за ней. Разделение этих двух случаев снизило kept-saturated с 16 090 до 4 947. Более ранняя попытка опиралась на насыщенные координаты, и она спасла 97% всего, что отверг тест экрана (+40% растеризации), потому что большая далёкая стена тоже насыщается. Прямой запрос о Z (SZ <= H/2) дал 1 440 вместо 15 000.

Square0 сдвигал на 12 бит: каждая дистанция /64

Снейк делал три шага, ударялся в стену, отскакивал и никогда не продвигался. Первым подозреваемым была частота кадров. Одно наблюдение исключило её: мир двигался нормально, и только игрок — нет. Зонд в GM_ActControl показал шаг +4481, за которым следовал отскок -14641.

В PSY-Q числовой суффикс — это сдвиг: Square0 не сдвигает, а Square12 сдвигает. Square0 в порте сдвигал на 12, поэтому каждая длина Square0 -> sum -> sqrt получалась /64. Это сломало:

Удаление сдвига сделало траекторию монотонной.

Пять опкодов GTE, скопированных не из той строки

Снейк выпал из мира (Y = -3250), движение застряло на 0,1 за кадр, а в доке не было воды. Psyz_GteRtv0/Rtv1/Rtv2/Ll/Llv0 из psyz использовали опкоды MVMVA из неверной строки собственной таблицы inline_n.h MGS. «Повернуть этот вектор» превратилось в «повернуть его и добавить устаревшую трансляцию», а освещение использовало матрицу поворота вместо матрицы света.

После исправления:

Пустой док был двухпроходным скриптом

В доке было лишь несколько групп объектов, и скрипт, казалось, выполнял одну команду. Реальная структура s00a — это if (var[5] < 6) { set up the Colonel's call } else { build the dock }, а proc вызова — это restart. Мир строится на втором проходе, и ответ на кодек запускает его.

Я сам замаскировал кодек, чтобы избежать краха, и это отключило каждый radio -c ... -p proc на каждом уровне. MENU_RadioDrainHeadless теперь отвечает на вызов и диспетчеризует его proc, не открывая экран кодека. Группы объектов выросли с 480 до 3 240 на 120 кадров, и область воды была создана. Урок: временная заглушка нуждается в чём-то, что заставит вас к ней вернуться.

Деление на ноль: MIPS это переживает, Xtensa перезагружается

libhzd/near.c делит на квадрат двумерной длины, который в вырожденных случаях может быть нулём. R3000 продолжает работу с неопределённым результатом. Xtensa вызывает IntegerDivideByZero, и плата сбрасывается. HZD_DIV был применён к 7 делениям на вычисляемый делитель во время выполнения. После этого 80 с ходьбы во всех четырёх направлениях — паттерн, который раньше приводил к краху, — дали 0 паник. В этом порте каждое деление на вычисляемый делитель нуждается в защите.

Зависание на 17,6 минуты

VSync из psyz усекал свой результат до 16 бит во всех режимах, но VSync(-1) должен возвращать 32-битный счётчик полей. На 65 536 полях (17,6 минуты при 60 Гц) часы mts перескочили с 64 800 на 1 064, пока задача ждала 65 537, и она ждала вечно. Исправление возвращает полный счётчик для mode < 0. Это затрагивает каждый проект, построенный на psyz. Баги, зависящие от прошедшего времени, никогда не проявляются в 60-секундных тестах.

Загрузка, которая выглядела зависшей

Часами загрузка казалась застрявшей. mts_printf от Konami был пустой заглушкой на PSX, и мой #define printf mts_printf отправлял весь вывод игры в неё, так что загрузка шла молча. Как только mts_printf стал вызывать vprintf, лог показал, что игра дошла до memcard_init(). Прежде чем диагностировать зависание, убедитесь, что вывод куда-то идёт.

Дедлок приоритетов, который оказался неудачным malloc

Файловый демон (задача 10) так и не получал процессорного времени, и трассировка выглядела как дедлок приоритетов. Два реальных исправления (семантика ChangeThFromISR и часы VSync(-1)) ничего не изменили. Затем одна строка всё решила: [thread] OpenTh: xTaskCreate failed.

Я поднял стеки до 32 КБ, FreeRTOS берёт их из внутренней SRAM, и четвёртая задача не поместилась. OpenTh вернул -1, и ChangeTh навсегда отвергал этот tid. На этом SoC всегда проверяйте возвращаемое значение xTaskCreate, даже при свободных мегабайтах PSRAM.

Чёрный экран после добавления данных катсцен

Копирование DEMO.DAT, VOX.DAT и ZMOVIE.STR на карту превратило экран в чёрный: 720 кадров, 0 паник и ноль отправленных примитивов.

Код смены уровня ждёт GM_StreamStatus() == -1. Поток DEMO.DAT катсцены никогда не продвигался, потому что виртуальный CD обслуживает чтение секторов, но не путь непрерывного потокового кольцевого буфера. До появления файлов поток отвергался рано, и всё продолжало работать.

Текущая обработка:

Баги поменьше

Производительность

Время растеризации — это счётчик esp_timer в растеризаторе, просуммированный за 120 кадров в одной и той же позиции.

Первый проход был в s07a, небольшой комнате. Общее время растеризации упало с 923 000 до 903 900, затем до 794 000, затем до 741 700 мкс (с 7,69 до 6,18 мс на кадр). Три шага:

  1. SOFT_RASTER_IRAM был пуст в сборке MGS, поэтому циклы на каждый пиксель выполнялись из флеша. Должно быть IRAM_ATTR. Исправление дало -2%.
  2. PSRAM и флеш на 120 МГц дали -12%. Сначала я заключил, что эта плата не способна на это. Ошибка “FLASH and PSRAM Mode configuration are not supported” означает лишь отсутствие CONFIG_IDF_EXPERIMENTAL_FEATURES=y. Проверьте CONFIG_SPIRAM_SPEED 120 в сгенерированном sdkconfig.h.
  3. Сканирование работало на 62,5 Гц для игры с 30 fps. Половина отправок повторно передавала то же изображение, каждая из них читала около 120 КБ из PSRAM и вытесняла текстуры растеризатора на другом ядре. Согласование с частотой игры дало -6,6%.

Время кадра: растеризация в s07a падает с 7,69 до 6,18 мс за три шага, а кадр дока — 40,9 мс растеризации плюс около 25 мс логики, примерно 15 fps против цели в 33,3 мс

Док (s00a) гораздо тяжелее. Профилирование там показало 46 400 текстурированных и 71 680 плоских пикселей на кадр: 40,9 мс растеризации плюс около 25 мс логики и GTE, что составляет примерно 15 fps. README в настоящее время указывает около 15 fps для дока с врагами. Документ статуса даёт от 8 до 15 fps в зависимости от сцены, против цели в 30.

32-битный быстрый путь для плоских заливок дал всего 2%. Затраты — в текстурированных пикселях, примерно 207 циклов на каждый. 2D-игра работает на том же растеризаторе гораздо быстрее: тайлмап обходит текстуры по прямой линии, и одна 64-байтовая строка кэша обслуживает 128 пикселей. В повёрнутых треугольниках MGS и U, и V меняются на каждом пикселе, и почти каждый пиксель — это промах кэша. Кэш данных уже на своём максимуме в 64 КБ.

Следующий шаг — перенести горячие страницы текстур во внутреннюю SRAM, что, по оценке документа статуса, даст ускорение в 40 раз. Для этого нужны примерно 90 КБ, запертые в раздутых стеках mts (24 КБ для большой задачи и 6 КБ для остальных). Уменьшение текстур не вариант, потому что UV-координаты запечены в моделях.

Загрузка тоже медленная: около 11,5 с для 1,1 МБ с карты (примерно 95 КБ/с).

Запуск портативной консоли

Схема подключения портативной консоли: XIAO ESP32S3 Sense, панель ILI9341, аналоговый стик на D0/D1, резисторная лестница на шесть кнопок на D2 и две прямые кнопки на D5/D7

Собранная портативная консоль на макетной плате: аналоговый стик слева, резисторы кнопочной лестницы в середине и XIAO внизу

Портативная консоль собрана из:

Что входит в коробку XIAO ESP32S3 Sense: плата с камерой, Wi-Fi антенна, штырьковые разъёмы и радиаторы (фото: Seeed Studio)

Используются все 11 выводов XIAO. Схема подключения задокументирована в руководстве по аппаратному обеспечению. Заметки по запуску:

MGS теперь загружается на портативной консоли, монтирует карту, загружает док и играет без паник, с частотой кадров, которую README описывает как похожую на плату Waveshare.

Что пока не работает

Следующие шаги

  1. Привести стеки mts к правильному размеру и перенести горячие страницы текстур во внутреннюю SRAM.
  2. Измерить тактовые частоты памяти 120/120 МГц на XIAO.
  3. Исправить индекс RADIO.DAT, затем проверить, последует ли за этим лифт.
  4. Реализовать потоковую передачу в виртуальном CD, чтобы вернуть катсцены и голоса.
  5. Добавить аудио через программный SPU.
  6. Убрать отладочные пробы.

Заключение

PlayStation терпит каламбуры типов, деление на ноль, чтения за пределами массивов и указатели, проверяемые на знак. Современный компилятор и процессор не терпят ничего из этого. Подход, который сработал в этом порте, — проектировать каждое измерение так, чтобы оно могло провалиться.


Поделиться:
David Montero

Автор

David Montero

Creator of Velxio, the open-source circuit and Arduino simulator.

GitHub velxio.dev

Похожие статьи


Предыдущая статья
Castlevania: Symphony of the Night, работающая нативно на ESP32-S3
Следующая статья
222 модуля Seeed Grove теперь работают в браузере